Как США похищают неугодных президентов, 40-летний опыт: Панама, Гаити и Венесуэла

Если вам кажется, что похищение Николаса Мадуро – это первый для США опыт, вы глубоко ошибаетесь. Американские спецслужбы имеют как минимум 40-летний опыт подобных операций.

Начнем с классики жанра – Панамы 1989 года и ее лидера Даниэля Норьеги.
Всё началось не с Норьеги, а с его предшественника, Омара Торрихоса. Это был крепкий лидер, который хотел, чтобы Панама по-настоящему владела своим главным богатсвом – Панамским каналом. И он добился своего: в 1977 году президент США Джимми Картер подписал с ним договор, по которому канал должен был перейти под полный контроль Панамы к 1999 году. Для США это был болезненный, но вынужденный шаг – приходилось считаться с духом времени и силой личности Торрихоса. Потом, когда Торрихос «случайно» погиб в авиакатпстрофе к власти пришел Мануэль Норьега. И поначалу он был идеальным парнем для Штатов: предельно лояльный, жесткий борец с наркотрафиком и левыми движениями в регионе. Пока он играл по их правилам, его закрывали глаза на все его темные делишки. Но со временем Норьега решил, что он не просто марионетка, а полноценный хозяин в своей стране. Он начал вести свою игру, заигрывать не с теми, с кем хотелось бы Вашингтону, и вообще вести себя слишком независимо. Для США это стало прямым вызовом.

Вашингтон испробовал весь набор мер: санкции, пропаганду, попытку внутреннего переворота. Но когда панамский президент пообещал углубить связи с Москвой, терпение лопнуло. Под предлогом защиты американских граждан и «восстановления демократии» США начали полномасштабное вторжение. За пять дней сопротивление было сломлено, Норьега спрятался в посольстве, но был схвачен и вывезен в США. Его судили по американским законам и посадили в американскую же тюрьму. На его место тут же привезли и «легитимизировали» нового, лояльного лидера. Канал, впрочем, позже Панаме отдали – но только после того, как все поняли, кто здесь настоящий хозяин.

Более повезло президенту Гаити Жану-Бертрану Аристиду в 2004 году. Гаити разрывали волнения, а Аристид, демократически избранный президент, был для США проблемной фигурой. Согласно свидетельствам его приближенных ночью американские военные нейтрализовали его охрану и под угрозой оружия доставили президента и его семью на свой военный самолет. Ему сообщили, что он «добровольно» уходит в отставку, а подпись на документе, по словам Аристида, была фальшивкой. Его вывезли из страны, даже не сообщая конечный пункт назначения, в итоге отправив в далекую Центральноафриканскую Республику. Разумеется официальный Вашингтон все отрицал, говоря о «защите» и «добровольном решении». Но последовательность действий – внезапный вывоз на военном самолете под конвоем в неизвестном направлении – красноречивее любых заявлений.

Однако не всегда есть возможность или желание разворачивать такие масштабные военные операции.

Идеальный антипример – Венесуэла 2002 года. Президент Уго Чавес проводил антиамериканскую политику, национализировал ресурсы и был крайне популярен среди беднейших слоев населения. Открыто вторгаться было сложно и рискованно. Поэтому был выбран сценарий поддержки внутреннего переворота при поддержке «военных специалистов». Через подконтрольные фонды, вроде «Национального фонда поддержки демократии», финансировалась оппозиция и профсоюзы. Американские советники и дипломаты координировали действия заговорщиков. С помощью частных телеканалов был разыгран настоящий спектакль: организация провокационной стрельбы во время митинга и мгновенная подача её как расстрела мирных демонстрантов властями. Пока военные захватили Чавеса и удерживали его на военной базе пытаясь заставить подписать отречение, в эфире крутили старые кадры, создавая иллюзию всеобщей стачки и народного гнева. На два дня власть даже удалось передать ставленнику Вашингтона, который мгновенно распустил парламент и отменил социальные программы. Но тут система дала сбой: верные Чавесу военные, поняв обман, вместе со сторонниками Чавеса вернули его к власти.

Этот случай, кстати, показывает, что даже блестяще спланированная операция по смене режима может провалиться если у лидера останется народная и военная поддержка.